Арт-центр ИСИ — профессиональная мечта ректора Института современного искусства Ирины Сухолет. Мечта предоставить студентам площадку, отвечающую последним капризам современности, сбылась в декабре прошлого года, и сейчас в этом гостеприимном пространстве во весь опор даются спектакли, пишутся подкасты, проводятся концерты, мастер-классы, выставки, лекции, перфомансы и ивенты.
«Творческому вузу нужна была собственная профессиональная сцена. Мы шли к этому долго. Почти тридцать лет. Последние два года уже бежали, а последние месяцы неслись» — делится Ирина Сухолет в своем телеграм-канале «Дневник ректора».
В половину седьмого на Красном Октябре с двумя стаканчиками кофе меня встречает старый друг и SMM-редактор «Арт-центра» Саша Левицкий. Пойдем, мол, покажу тебе наши угодья. На входной двери размещена электронная афиша с репертуаром (в предвкушении засмотрелась и насчитала десяток спектаклей, щемясь от гордости и радости за родной институт).
Интерьер оформлен в стиле лофт: голые кирпичные стены (в некоторых местах развешаны плакаты в память российского дизайнера и художника Владимира Чайки), приятный свет, свежо и просторно. Нас встречает персонал. Беру программку, здороваюсь со звукорежиссёром. Изредка из гримёрной выбегают актёры. (Улыбнулась девушке-готке в пионерском галстуке — не заметила). Они снуют за кулисами, слышен предыгровой взволнованный шепот. Из колонок играют песни детских советских ансамблей: захотелось попросить подпеть «перепёлочку» и «всегда быть» под стать солнцу, небу и маме. С арьерсцены убирают строительную лестницу — это были последние приготовления.
Без десяти семь. Несколько первых рядов уже плотно заняты зрителями. Рассматриваю сценографию. В центре расставлено несколько скамеек, дальше возвышается ступенчатая постройка, за которую на задник симметрично крепятся веники, весла, грабли и флаги — атрибутика социалистического детства.
— Ой, а я еще на «Вассу» хочу, — делится с подругой зрительница в черном берете с тремя розами в руках.
Третий звонок. Свет над залом гаснет, и на озаренную сцену вприпрыжку выбегают двадцать актёров — детский хор во главе с Инной Андреевной. Заслушиваюсь. «До чего же, до чего же всем нам хочется, братцы…». И как дивно переплетаются сопрано, альты и тенора! «…на жирафе, на жирафе…». Сразу отмечаю костюмы: они скомпилированы из комфортной современной одежды, вроде джинсов и платьев. «…на живом покататься…». И советской формы: рубашек и пионерских галстуков. Актёры исполняют не только вокал, но и хореографию, получается шоу-хор — зрелищно.
Дальше — на одном дыхании. Ничуть не удивительно, что со сцены «Арт-центра ИСИ» профессионально звучит задорный современный мюзикл. Танцы отточены, броски и резвы. (Чувствуется почерк режиссёра-постановщика Егора Дружинина. Все, как говорится, «в танцах»). Слышны как гордые классические вокальные приёмы, так и рэп-вставки от решивших обмануть общественность Петрова и Васечкина. Вот тебе и конфликт лжи и перевоспитания, вот тебе и история любви, вот тебе и воспетое советским наследием крепкое товарищество. И до чего же смешон фарс вокруг красочнейшего фингала любопытной девочки (Света Бербери)! Но моя личная фаворитка, выделяющаяся стилистически из всей труппы, — уже упомянутая девочка-готка (Анита Бундина) с рукавами-татушками и черной губной помадой. «Да, щи — это еда. Да, просто какие-то дебилы банку гуаши в кастрюлю опрокинули». (Всегда думается, что за такой образностью на самом деле скрывается добрейший персонаж, зрителю нужно лишь его «разгадать»). Финал закольцован — снова дружная песня и поклон, исполненный радости-благости. Спектакль окончен, зал аплодирует и готовится бежать на авансцену с цветами.
— Целая орава пришла! — смеётся и встречает своих друзей одна из актрис.
Зрители группируются вокруг актёров и еще долго не хотят уходить — делают памятные коллективные фотографии. Мне удается с диктофоном поймать только нескольких артистов.
— Это беззаботность и для многих, возможно, ностальгия. Потому что большинство взрослых идут на этот спектакль именно из-за ностальгии. Мы это прекрасно понимаем и очень сильно хотим эту ностальгию поддержать и напомнить о том, что было до, — рассказывает исполнительница роли Инны Андреевны Мария Шерементова.
— Моя роль дает миру возможность окунуться в детство. Моя задача, чтобы зрителю было легко, это самое главное, — делится со мной Петя Васечкин, он же Лёша Бурмистров.
Уже за девять вечера. Меня хватает под руку Саша и притворно-грозно говорит заканчивать работать. Мы выходим на крыльцо и видим группу ребят и девчонок, делающих селфи и поющих гимн Института современного искусства. «И я отвечу „только ИСИ“. Своих друзей в ИСИ пригласи-и-и-и». Умилительно, аж диву даюсь.